творческий портал




Авторы >> jurious


3
(из цикла «Главная Книга»)

Человек допил коньяк, вышвырнул пустую бутылку в бесконечность абстрактности и подумал. Вот он выбросил бутылку, как делал уже много раз до появления штуки. И может быть, эта бутылка прилетит сейчас к кому-нибудь в комнату — ну, или не эта, а какая-нибудь из тех, что он выбросил раньше, — и обитатель той комнаты скажет: "Вот прилетела ко мне бутылка. Наверное, это Человек допил свой сакэ и выбросил бутылку в окно, а она пролетела через всю абстрактность, и упала в мою скромную обитель, а Человек живет себе один, и не знает, что приключается с его бутылками, когда он их выбрасывает. Надо бы найти его и рассказать, что он не один живет в этой абстрактности. Вот только неизвестно как это сделать". И теперь они оба, Человек и тот скромный обитатель, сидят себе и думают, как найти друг друга, и ничего не могут придумать.

А может оказаться, что ни одна из его бутылок до сих пор не прилетела никому в окно. Ведь сколько Человек себя помнил — а помнил он себя всегда, — штука к нему упала только сейчас, и то — одна. Наверное, случайно залетела. А могла и не залететь. Может быть, если бутылки выбрасывать почаще, то будет больше вероятности, что они куда-нибудь прилетят? Но так и совсем упиться можно — его с одной бутылки в сон вгоняет, а что будет, если он десять таких выпьет? А полные выбрасывать жалко. Можно выбрасывать скучные книги, но тогда нечем будет поддерживать огонь в рояле, и станет темно и грустно. Придется выбрасывать интересные книги. Тоже жалко, ну да ладно, все равно от них больше никакой пользы нет. К тому же, начать можно с тех, которые он уже прочитал и поставил обратно на полку, рассчитывая перечитать позже, ну а дальше видно будет.

Придя к такому решению, Человек начал вынимать из шкафа прочитанные прежде книги и складывать их на подоконнике. Оказалось, что таких книг очень много, и когда Человек достал все, они своим объемом забаррикадировали весь оконный проем в три ряда. Тогда Человек тяжело вздохнул и вытолкнул все это нагромождение наружу, в бесконечно-черную абстрактность. Книги, нелепо кувыркаясь и трепыхая страницами, разлетелись во все стороны, и начали стремительно удаляться от окна навстречу далеким звездам до тех пор, пока совсем не исчезли из вида. Человек проводил их грустным взглядом, еще раз вздохнул и вернулся к шкафу.

Несмотря на то, что Человек утилизировал весьма немалый объем литературы, шкаф не опустел и на половину. Книги стояли плотными рядами от пола до потолка и на несколько рядов в глубину. Человек окинул оценивающим взглядом это скопление мыслеизлияний. Эти, перед тем, как выбрасывать, все-таки стоит прочесть — быть может, в какой-нибудь из них окажется хоть намек на ту экзистенцию, в которой он находится, из чего можно будет извлечь подсказку. Ведь одним лишь выбрасыванием книг и пустых бутылок за окно он мало чего добьется — только даст о себе знать, и то, если скромный обитатель правильно поймет маневры Человека. Возможности добраться друг до друга это все равно не предоставит. А если еще окажется, что никакого скромного обитателя нет и в помине, то Человек только зря хорошие вещи выбросит.

И, не придумав пока ничего лучшего, Человек взял наугад какую-то книгу, уселся в кресло-качалку, и погрузился в чтение. Это была история о каких-то симулякрах, парящих над вершинами поэзомалярства, Человек ничего не понял, выбросил книгу в окно и взял следующую. На этот раз попалась интересная сентиментальная история с печальным финалом, и Человеку было жаль ее выбрасывать. Все же, скрепя сердце, он и ее выбросил и принялся за следующую книгу. Та была об искаженной демонстративности кубических корней, и Человек снова ничего не понял...

Одну за другой Человек прочитывал книги и выбрасывал в окно. Некоторые были интересные, некоторые не очень, но ни одну из них он теперь не ставил обратно в шкаф, а либо сжигал в рояле, чтобы подбавить света в Комнате, либо выбрасывал. По ходу дела, он опустошал бутылки спиртного и пускал вслед за книгами. На рояле играть он совсем перестал, и теперь лишь читал, читал, и читал...

С того момента, как в Комнату залетела штука, Человек прочитал далеко не смехотворное количество книжек, и постепенно начинал нервничать. Ничего хоть сколько-нибудь полезного он не вычитал. Все эти истории, интересные или не очень, ни одним словом не касались его экзистенции, ни в одном предложении Человек не смог отыскать даже намека на подсказку, не говоря уже о подробном пояснении и/или руководстве к действию.

В конце концов, Человек плюнул, и вышвырнул очередную книжку в окно, не дочитав и до половины. Сколько их? Сколько ему еще читать, прежде чем сыщется что-нибудь полезное? Он посмотрел на шкаф. А что будет, если он в конце концов прочитает их все, а ответов так и не найдет?

А что вообще будет, когда он их прочитает? Ведь он и до появления штуки читал, разве что не так целеустремленно, и, рано или поздно, прочитал бы все. Странно, что такой вопрос у него раньше не возникал. Это, наверное, потому что раньше не было штуки.

Человек вынул из шкафа новую книжку, повертел ее в руках, хмыкнул и бросил в окно. Хоп! Вот и еще одну прочитал, сказал он себе. Достал вторую — и тоже выбросил. Это ему так понравилось, что одну за другой начал он вынимать книги из шкафа и тут же, не читая, выбрасывать их в окно. Человеку уже не важно было, что в какой-нибудь из них могли оказаться ответы на его вопросы, и даже, быть может, довольно четко сформулированные ответы, — теперь ему было невероятно интересно, что бы он делал, когда бы со временем спалил все книги в рояле.

И вот он вышвыривал и вышвыривал груды книг в окно, а потом завалил ими рояль, и пламя, с треском разбрасывая во все стороны искры, взвилось до самого потолка, осветив Комнату так ярко, как никогда прежде. От этого Человек разошелся еще больше, его вдруг наполнило никогда прежде не испытываемое ощущение — какая-то отчаянная радость, ему захотелось кричать и он закричал, прыгая вокруг рояля в безумном танце среди шелестящих страниц.

А в шкафу, за каждым рядом книг обнаруживался новый, а за ним еще и еще, и казалось, что конца им не будет. Человек и не подозревал, что у него такой глубокий шкаф — теперь, чтобы дотянуться до новой порции макулатуры, ему приходилось наполовину заползать внутрь, а книги все не заканчивались.

И вдруг обнаружилась некая странность. Очередной ряд книг стоял не так, как все, а корешками в обратную сторону. Это слегка насторожило Человека, и охладило его буйный пыл. Он продолжил вынимать книги, но уже осторожно, в ожидании неведомого.

И вот, когда Человек заполз в шкаф уже настолько глубоко, что снаружи торчали лишь пятки, а внутри было совсем темно, и протянул вперед руку, пытаясь ухватиться за очередной том, как тот вдруг выскользнул и куда-то провалился, и в том месте, где он стоял, образовалась вертикальная щель, в которую неведомо откуда проникал тусклый синевато-белый матовый свет.

Замерев, Человек некоторое время тупо смотрел, затем протянул руку и толкнул соседнюю книгу с той, которая только что упала. Та, вслед за первой, скользнула в какое-то пространство за шкафом и исчезла из виду, немедленно послышался глухой стук. Тогда Человек столкнул целый ряд книг, чуть прополз вперед, и осторожно сунул голову в образовавшийся проем.

То, что при взгляде из комнаты, казалось огромным книжным шкафом, снаружи оказалось лишь малой частицей бескрайнего гигантского стеллажа, сплошь набитого книгами. Этот стеллаж вместе с таким же напротив образовывали коридор. Прямой и безмолвный, этот коридор из необозримого далека тянулся в непроглядную даль, и таял в бархатной мгле. Вверх, полка за полкой, стеллажи поднимались на головокружительную высоту и растворялись в туманной розовато-лиловой дымке. Тусклый матовый свет равномерно наполнял коридор, не давая теней, и неясно было, откуда он брался. Шел снег. Легкими хлопьями он медленно и плавно падал сверху, мягко опускаясь на пол коридора, оседая в щелях между книгами...

Вот она — дорога в неведомое. Может быть, этот коридор — обратная сторона абстрактности, и по нему можно добраться до звезд. И обнаружил бы его Человек, как видно, и без штуки, только не так сразу. Выходит, штука не для того была, чтобы он поиски начал, а для чего-то другого. Надо бы ее на всякий случай с собой в дорогу взять, вдруг пригодится.

В дорогу... Тот великолепный миг, о котором Человек так замысловато иногда тосковал, глядя на двух верблюдов! Когда-то это была всего лишь мимолетная мысль, а теперь — бесспорная реальность.

То был момент, когда Человек почувствовал вкус перемен. Было ему радостно и вместе с тем немножко грустно, от осознания того, что жизнь его с каждым мгновением становится прекрасней, но вместе с тем прежней она уже не будет никогда...

Надо только взять с собой чего-нибудь попить.

Человек вернулся обратно в Комнату. Сундук был довольно громоздкий и неподъемный, да и тащиться с ним совсем неудобно, а в руках много не унесешь, поэтому Человек скинул с себя спинжак и соорудил из него нечто вроде мешка. Загрузив этот мешок алкоголем до отказа, Человек решил, что будет идти по коридору до тех пор, пока все не выпьет, а там видно будет.

Затем Человек взял с подоконника штуку. Посмотрел на нее, повертел так и эдак, хмыкнул, и сунул в карман. Кто знает, для чего она нужна? Может быть, когда-нибудь повезет, и этой загадке тоже найдется объяснение.

Подбросив в рояль побольше книг, Человек еще подумал, что надо бы успеть вернуться до того, как догорит огонь, а то непонятно, чем его потом разжигать. Но подумал без особой тревоги — сейчас его уже ничего, кроме коридора не волновало.

Наконец Человек окинул Комнату прощальным взглядом, бодро хекнул, и полез в шкаф.



© jurious, 2006

Опубликовано 25.12.2006. Просмотров: 413.


назад наверх


   назад наверх

  Тематические ссылки
© 2005-2012 Мир Вашего Творчества