творческий портал




Авторы >> Пумяух**


Император

— Мыть руки!

 — Сейчас...

 — Не "Сейчас, а сию секунду!

 — Ну, мама! Ну, три минуточки!

 — Знаю я твои три минуточки!

 — Ну, правда, три минуточки! У меня чума!

 — Подождет твоя чума! Немедленно мой руки и за стол! Суп остынет!

"Суп"!!!" А пока он будет есть, чума выкосит пол-империи! Что же делать?! Костя выкопал 5 колодцев, наскоро построил 3 лечебницы, зная, что этого наверняка не хватит, отдал распоряжение о подготовке ещё 10 врачей (пока их ещё обучат...), проложил на всякий случай ещё одну дорогу в зачумлённую провинцию и рванул на кухню, где его ждал грибной суп, очень вкусный, но такой несвоевременный.

Косте Старослову 15 лет. Живёт он в Санкт-Петербурге на проспекте Металлистов и учится в 10-м классе. Сейчас каникулы. Вчера Руслан Чечулин, Костин одноклассник и сосед, дал ему диск с игрой "Император". Всего на один день.

ИМПЕРАТОР

Полностью на русском языке

Вы уже играли в "Фараон"? Понравилось? Тогда "Император" — это для вас. Вы получаете огромную империю с десятками городов и миллионами людей, с лесами, пашнями, крепостями и храмами. От вас зависит её жизнь и процветание. Вы должны заботиться о благосостоянии ваших подданных, строить города, возводить крепости и храмы. Вы должны заботиться о богатстве граждан и не забывать о казне. Вы должны укреплять границы и отражать нападения врагов. Вы, только вы можете объявлять войну и заключать мир. Приступайте, Ваше Императорское Величество!

В 11часов 40 минут утра Костя сел за свой "Celeron", вставил диск в дисковод и начал играть. Поначалу всё шло хорошо. Костя построил пару новых городов и проложил к ним дороги. Завоевал небольшую, но богатую приморскую область, отразил нападение соседей и заключил с ними выгодный мир. "Люди любят вас" — сообщал компьютер время от времени, а потом даже: "Люди боготворят вас". Одно время, правда, подданные обижались, что давно не устраиваются праздники, но Константин быстро исправил свою оплошность и закатил на всю империю такой праздник, с угощением и выступлениями лицедеев, благо состояние казны позволяло, что виртуальные дедушки потом, должно быть, долго рассказывали об этом чудесном празднике своим виртуальным внукам. И снова: "Люди любят вас".

Первый раз мама вошла в комнату в 12.06. Взяла что-то из шкафа и молча удалилась. Косте это не понравилось. Он считал своё общение с компьютером процессом сугубо интимным и не любил, когда кто-то при этом присутствовал, но он был неглупый мальчик и некапризный и понимал, что из-за того, что он сел за компьютер, жизнь останавливаться не должна, и мама имеет законное право взять из шкафа то, что посчитает нужным. Жаль, конечно, что этот дурацкий шкаф стоит в его комнате, а не в родительской.

В 12.28. заглянул отец.

 — Охота тебе сидеть в душной комнате? Посмотри, погода-то какая!

 — Потом, папа, — отмахнулся Костя,— игра очень интересная, и завтра надо вернуть.

Отец вышел, но снова вошла мать. На сей раз ей понадобилась ручка, которую, по её мнению, именно Костя куда-то засунул. Поразительно! Куда в этом доме исчезают ручки? Едят их, что ли? Недели не прошло, как Старословы купили их штук шесть. Такие жёлтые "поганки". Костя даже место помнит. Возле Финляндского вокзала, на улице Академика Лебедева в маленьком канцелярском магазинчике. Там Старословы купили ручки и тетради, и вот ручки кончились раньше. Последней было определено место: возле телефона. И где она теперь? Пришлось Косте продемонстрировать маме содержимое секретера и портфеля, где ручки не оказалось. Поиски отвлекли его от игры на 3 минуты.

А в 13.15. Костю послали вынести мусор. Так-то в этом не было бы ничего особенного, но дело в том, что Костя никак не мог остановить игру. То ли диск попался с браком, то ли останавливать программу следовало каким-то хитрым, неизвестным Косте способом, но на все его попытки компьютер либо не реагировал вообще, либо спрашивал: "Вы действительно желаете выйти из игры?". Костя не желал. Ему хотелось доиграть, а родные отвлекали его поминутно. И когда он отвлекался, в империи происходили всякие неприятности, и чем на более продолжительное время Костя отводил взгляд от компьютера, тем дольше и сложнее потом было ликвидировать последствия его отлучек.

Костя пытался дозвониться Руслану, но того не оказалось дома. Вообще никого, даже его бабушки — домоседки. Впрочем, Назира Саитовна вряд ли смогла бы помочь.

А родители дёргали бедного "императора" всё чаще и назойливее.

 — Костя, брюки у тебя грязные-грязные. Потому что ты ставишь сумку на колени.

 — Всё открыто! Сидишь на сквозняке. Учти: заболеешь — сидеть возле тебя не буду.

 — Костя, сядь прямо!

 — Костя! Когда ты, наконец, пострижёшь ногти?

 — Костя! Какой-то детектив начинается. Будешь смотреть?

Детективы Костя очень любил, но сейчас ему было совсем не до детективов. Началась очередная война, началась плохо. Соседи напали без предупреждения, и огромных усилий стоило переломить ход войны. Когда же Костины войска перешли в контрнаступление, вдруг заскочила соседка. Она купила сыну ботинки, а тому малы. Может быть, Костя примерит? У-у-у-у-у-у!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

 — Костя, хватит пялиться в экран. Лучше бы книжку почитал.

 — Костя, хватит глаза портить. Давай лучше в шахматы сыграем.

Какие, к чертям, шахматы, когда столица горит!

А в 14.03 — обед. Обжигаясь, не чувствуя вкуса, Костя проглотил горячую ароматную жидкость, запихал в горло картошку и грибы и ринулся в комнату. Мать в спину возмущалась, что неприлично выбегать между первым и вторым.

Последствия чумы оказались менее страшными, чем Костя ожидал. Наверное, всё-таки сработали принятые перед обедом меры, и через 3 минуты Костя мчался на кухню к котлетам с почти спокойным сердцем. Компот вообще не сказался заметно на жизни империи. Потом целых 20 минут Костю не трогали. К империи возвращалось её былое могущество. Удалось отвоевать почти всё, что было утрачено. Снова строились города, пополнялась казна.

 — Константин, сходил бы ты за продуктами.

 — Мама! Ну, дай я доиграю!

 — Ты уже весь день играешь. В доме ни одной картофелины. Сходи, потом доиграешь.

 — Мам! Ну, я же объяснял тебе, что я не могу остановить игру.

 — Начнёшь потом сначала.

 — Какое "сначала"?! Завтра возвращать диск.

Бесполезно. Добро бы ещё в ближайший магазин. На Пискарёвку! Там дешевле... Костя бы с радостью оплатил бы разницу из собственного кармана.

14.43. Кубарем вниз по лестнице.

14.49. Пискарёвский проспект. И ни одного трамвая. Была не была! Вон на углу с лотка продают. Мелкая, грязная картошка, тут же изогнувшиеся в конвульсиях огурцы и здоровенные, жёлтые, мягкие кабачки. Будут ругать, но Костя скажет: других не было.

14.55. Дома! Костю ругают за овощи, но он уже за компьютером. Империя всё ещё жива. Чуть жива. От неё осталась от силы четверть. Грозные предупреждения: " Не хватает продовольствия. Люди уже едят больше, чем производят", "Не хватает продовольствия. Если срочно не принять меры, начнётся голод", "В империи голод. Необходимо срочно обеспечить страну продовольствием", "Голод губит империю. Ещё немного, и всё погибнет". Слава богу. Добежал. Ещё чуть-чуть, и было бы поздно. Купить продукты для империи! Казна пуста. В долг? Последний раз дают. Мало! Ладно. Что можно продать? Сокровища из дворца? Вот и славно. И мебель. В виртуальном мире можно спать и на голом полу. И слуг поувольнять к чёртовой матери. Пусть лучше сеют пшеницу, выполняют продовольственную программу.

Мать врывалась в комнату то с жёлтым огурцом, то с гнилой картофелиной.

 — Это огурец?! — кричала она. — У него что, желтуха и рахит заодно?! Дружков своих корми такими огурцами!

И далее в том же духе. И что Костя врёт, и ни на какой Пискарёвке он не был. Слишком уж быстро вернулся. И что компьютер был куплен не для того, чтобы Костя целыми днями играл в дурацкие игры. Они-то с отцом думали, что Костя станет программистом. И что она сейчас возьмёт топор и порубает компьютер к чертям собачьим. ...Пусть говорит, что хочет. Главное: империю удалось сохранить. Постепенно мать утихла. А отец уже час, как ушёл на работу. А то с ними двоими Косте бы не справиться. Империя оправлялась после нанесённого урона. Грозные надписи исчезли. В виртуальной стране колосились виртуальные хлеба, виртуальные пекари пекли виртуальные булки, виртуальные стражники охраняли виртуальный дворец.

В 15.37. зазвонил телефон. "Костя, тебя. Какая-то твоя...". Мать была зла. Иначе она сказала бы полушёпотом: " Девушка!". Костя снял трубку в своей комнате. Костино достижение в борьбе за свои права: дополнительный аппарат в Костиной комнате. Предкам не обязательно слушать, о чём он говорит по телефону.

 — Здравствуй, Костя. Узнаёшь? — пауза. — Это Лариса.

 — Здравствуй, Лариса.

Ларисе уже 17, и учится она на 1-м курсе политехнического института. Задавака. С Ларисой Костя познакомился месяца два назад в змеюшнике (террариуме) на Литейном. Костя сразу заметил её. Высокая, стройная, ноги от ушей. Но, прежде всего, Костя обратил внимание на её спину (может быть, потому что она стояла спиной к Косте, но, наверное, дело не в этом). Спина... Ну, как описать девичью спинку в вырезе очень открытого чёрного платья. Скажем проще, спина у Ларисы была классная. Девушка стояла, разглядывая каймана, действительно очень красивого, бирюзового. А рептилии одно время были Костиной страстью. Устроил он ей лекцию, не хуже чем в обществе "Знание", она только ахала. Потом гуляли по Фонтанке, Гороховой, Садовой, поели блинов в "Русских самоварах", на углу Лермонтовского расстались. Лариса попросила дальше не провожать. У неё была запланирована встреча (свиданье?). Обменялись номерами телефонов. Костя позвонил ей на следующий день, но Лариса сказала, что разговаривать не может, поскольку у неё гости. Через два дня Костя снова позвонил ей, но на сей раз она должна была срочно бежать в институт. Третий раз Ларисы не оказалось дома. Четвёртый раз Костя звонить не стал. И вдруг сама звонит. Телефон стоит недалеко от компьютера. Костя одновременно говорит и правит страной.

 — Как дела, Лариса? — Костя строит гончарную мастерскую

 — Лучше всех, а у тебя?

 — Помаленьку — "К этому зданию надо проложить дорогу". Тэ-экс... Вот и дорога.

 — Чем занимаешься?

 — На компьютере работаю — Надо бы порт построить. Хватит ли денег?

 — Встретиться не хочешь?

 — Хочу. — Пожалуй, не хватит.

 — "227", это где-то Энергетиков, шоссе Революции?

 — Это проспект Металлистов — А что там у нас на границах?

 — Ну, так мы почти соседи. Ржевку-Пороховые знаешь? — Дурацкое двойное название. Тем более, станция Ржевка в стороне. Назвали бы просто Пороховые... На Севере спокойно.

 — Знаю, конечно. У меня на Коммуны друг живёт

 — Ну, а я — на Наставников. Знаешь, 3 зелёных шестнадцатиэтажки подряд. Я в той, которая ближе к Косыгина. — Дьявол! Опять война!

 — Записывай адрес.

 — Ага...

Костя пишет левой рукой. А правая на мышке. Солдаты обороняются от втрое превосходящих сил противника. Рабочие строят укрепления. Перебросить солдат с Севера! Там спокойно. Риск? Ничего не поделаешь.

 — Ну, так приезжай. Армия одного из Костиных полководцев спешит на восток. Успеет ли?

 — Когда?

 — Сейчас. — Враги осадили один из городов.

 — Сейчас не могу. Извини.

 — Почему?

 — Занят, понимаешь ли...

 — Занят? Ты же с компьютером развлекаешься.

 — Не развлекаюсь, а работаю, — нашёлся Костя, — мать попросила ей текст набрать, а сама она компьютера боится. Вообще техники боится.

 — А потом эту работу сделать нельзя? — Так... На эту башню 5 человек будет мало. Ещё троих надо...

 — Нельзя. Срочно, просили.

 — А тебе ещё много работы осталось? — Враги пошли на приступ. Откуда-то прикатили стенобитное орудие... Ещё одно...

 — Не знаю... часа на четыре...

 — Как раз на четыре ушли мои родители. Я одна дома. Редчайший случай. Они у меня вообще-то любят дома торчать. — О, ужас! Стену пробили! Сейчас ворвутся в город! Так... 50...нет, 70 человек к пролому. Выстоят ли, пока стену латать буду?

 — Может, всё-таки приедешь быстренько? А то мне скучно одной. У меня и винишко есть.

 — Нет, правда, не могу. Очень жаль.

 — Мне тоже.

 — Давай, я к тебе в другой день приеду.

 — Не уверена, что в ближайшие дни я смогу уделить тебе время. — Кажется, получилось! Отряд защитников города, неожиданно для противника, вышел через западные ворота и ударил противнику в тыл. Отлично!

 — Ну, может, я и сегодня смогу вырваться пораньше.

 — Ну, сидеть возле телефона я не буду. Может быть, уйду куда-нибудь, может быть, приглашу кого-нибудь, кто посвободнее.

 — Ну, на всякий случай я позвоню тебе, когда закончу

 — Звони, — холодно сказала Лариса. — Ты замечательный сын! Твои родители, наверное, души в тебе не чают. Ладно, звони как-нибудь, когда будешь посвободнее. Пока.

 — Пока.

Армия Кости решительно наступала. Его конница врезалась в самую гущу врагов, разя направо и налево. Со стен метко били лучники. Один из них сразил рыжего генерала (или кто он там?), руководившего захватчиками. Ура-а-а! Остатки вражеской армии спешно отступали за реку. Победа! Город спасён. А тут ещё подоспело войско с Севера. Противника гнали до самой границы. Не суйся впредь! А Лариса... Ну её! Много о себе воображает.

Для империи снова настали счастливые дни. Она не восстановила былого могущества, но враги больше не беспокоили. Границы охранялись надёжно. Жителям хватало хлеба, мяса, молока и овощей. Успешно шла торговля. Корабли с товарами бороздили моря. Врачи успешно справлялись с болезнями. Росло население. Снова стали появляться надписи "люди любят вас".

И вдруг — снова телефонный звонок. Разговаривала мать. Костя разговора не слышал и очень надеялся, что его лично разговор не касается. Увы.

 — Константин. Звонила тётя Таня, просила срочно привезти книжки.

Это был приговор. Тётя Таня, мамина двоюродная сестра, молодая худощавая женщина в очках, работала в библиотеке ВНИИ жиров на Лиговке. Месяц назад, гуляя по городу, мама и Костя оказались в этой части города. Вообще-то у мамы было какое-то дело на Обводном канале. В какую-то фирму надо было что-то отдать или, наоборот, что-то взять там. Потом мама предложила зайти к тёте Тане. Костя не возражал. Потом втроём они сидели за стеллажами, в уютном закутке, украшенном фотографиями животных: волк, рысь, собака с вороной, просто собаки. А еще множество черепах: пластмассовые, гипсовые, керамические. Одна живая — Фрося ползала по полу. Тётя Таня кормила её огурцами. Пили чай с кексом. Женщины говорили о своих делах. Косте стало скучно. Тогда тётя Таня дала ему полистать том энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона. Великолепная энциклопедия, издававшаяся на рубеже XIX-XX веков. С "ерами" и "ятями", с изумительными иллюстрациями и, разумеется, необыкновенно интересными статьями. Костя так увлёкся книгой, что не хотел уходить. Тогда добрая тётя Таня разрешила взять пару томов домой. Вообще-то эти книги на дом не выдавались, и тётя Таня дала их под личную ответственность на неделю.

Сначала Костя засыпал и просыпался с чудо-книгой, но постепенно другие дела и увлечения вытеснили это. И вот, месяц спустя, тётя Таня позвонила и напомнила о том, что книжки библиотечные надо возвращать. Права, конечно. Действительно, нехорошо получилось. Но на день бы позже! Или раньше! Почему же именно сегодня? Может быть, в библиотеку едет комиссия, проверяющая, все ли книги на месте? Или том срочно понадобился директору? А может, и нет никакой срочности, просто тётя Таня вспомнила о книгах именно сейчас совершенно случайно. Выяснить это было невозможно. В библиотеке нет телефона. Обедневший, как и все отечественные научные учреждения, ВНИИЖ вынужден был отказаться от части телефонных линий. Скорее всего, тётя Таня звонила из секретарской. А так, может быть, Косте и удалось уговорить тётку подождать ещё день. Почему не он снял трубку?!

Не стану подробно описывать разразившийся скандал. Костя просил дать ему возможность отвезти книги утром, тем более, что в библиотеку он попадёт всё равно только к концу рабочего дня. Мать оставалась непреклонной. Дошло до взаимных обвинений, несправедливых с обеих сторон, до угроз прекратить давать карманные деньги и угроз уйти из дома, до слёз и питья валокардина.

Всё-таки пришлось ехать. Единственно, чего добился Костя, это возможности посидеть за компьютером ещё 5 минут.

По виртуальным дорогам ехали виртуальные повозки, неслись виртуальные всадники. На виртуальных полях виртуальные крестьяне пахали на виртуальных волах. По улицам виртуальных городов бродили виртуальные водовозы и трубочисты. Виртуальные лекари выписывали виртуальным больным виртуальные лекарства, резвились виртуальные дети, виртуальные хозяйки вывешивали виртуальное бельё. И никто из этих бедных мультяшек не мог даже представить, какая угроза нависла над их виртуальным существованием.

На Лиговку и обратно — это часа 2 в лучшем случае! Костя выбежал на 10 мин. за овощами и то чуть не лишился всего. 2 часа — это поражение НАВЕРНЯКА.

Отпущенные минуты, даже 11 вместо 5-и, Костя постарался потратить с максимальной пользой. Строил крепости, укреплял границы, рыл колодцы, чтобы не было эпидемий. Империя готовилась к великим бедам.

 — Ну, скоро ты там? — доносилось из кухни.

 — Сейчас...— говорил Костя и возводил ещё одну крепостную башню

 — Ну, долго ещё копаться будешь?

 — Полминуты, — отзывался Костя и рыл дополнительный ров, понимая, что вряд ли он спасёт..

В 16.12. Костя сбежал вниз по лестнице. По проспекту неслись грузовики и легковушки. И ни одного троллейбуса.

16.17. Маршрутка! Т-26. То, что надо. Вообще-то Старословы старались маршрутами не пользоваться. Во-первых, дорого, а во-вторых, они считали маршрутки подлым видом транспорта. Маршрутные такси — микроавтобусы, а то и просто автобусы, ничем не отличающиеся от рейсовых кроме литеры "Т" или "Э" рядом с номером и цены, появились в городе давно. Их появление было широко разрекламировано, дескать, удобно и с ветерком, но пассажиры предпочитали пользоваться обычными автобусами, троллейбусами и трамваями, провожая удивлёнными взглядами полупустые "тэшки" и "эшки" с чудаками, согласившимися переплатить за какой-то там комфорт. Ленинградцы — люди выносливые. Простоять 40 минут с 2-мя тяжёлыми сумками в набитом до предела и даже до беспредела автобусе для большинства граждан было всё-таки предпочтительнее, чем выложить лишние (у кого это они лишние?!) деньги. К тому же многие покупали месячные проездные, которые в маршрутках не действуют. А ещё пенсионеры, для которых проезд бесплатный (но не в маршрутках, разумеется), студенты и школьники с их льготами. Похныкало транспортное управление, дескать, разорили его пассажиры, вот-вот по миру пойдёт, а потом придумало кое— что. И теперь в маршрутках ездят даже нищие старушки и студенты не завтракают, чтобы было, на что доехать до института. Просто обычный транспорт перестали выпускать на линию. Можешь посинеть на остановке в ожидании трамвая — ни одного не дождёшься. Плюнешь и сядешь в "Т". И полнёхонькие ходят маршрутки. Зачастую люди даже стоят в них (Вот те и комфорт! За такие деньги!). Поэтому Старословы предпочитали простоять 20 минут, но не поощрять обнаглевших гадов. Иногда, конечно, и они садились в маршрутки. Ну, когда надо было очень спешить, а ничего другого не было.

Сейчас был именно тот случай. Спешить было надо. По другой стороне улицы, правда, ехал 3-й троллейбус, но, во-первых, Костя, скорее всего, всё равно не успел бы перебежать улицу, а во вторых, до Финбана, до площади Ленина — до ближайшего метро он плетётся минут 35-40, а то и дольше. Кондратьевский, Арсенальная, Комсомола... На фиг!

Костя передал деньги водителю. 6 минут прошло с момента, как Костя отошёл от компьютера. А в империи прошли месяцы. Как там его подданные?

Маршрутка ехала не то что бы медленно, но и не так быстро, как Косте бы хотелось.

16.21. Якорная.

16.23. Красногвардейская пл



© Пумяух**, 2008

Опубликовано 01.01.2008. Просмотров: 337.


назад наверх


   назад наверх

  Тематические ссылки
© 2005-2012 Мир Вашего Творчества